Субсидиарная ответственность руководителя компании, исключенной из ЕГРЮЛ

Верховный СудВерховный Суд Российской Федерации — это высший судебный орган по гражданским делам, делам по разрешению экономических споров, уголовн More Российской Федерации поставил точку в споре о взыскании долгов с контролирующих лиц после ликвидации компании. Высшая инстанция напомнила: исключение должника из ЕГРЮЛЕГРЮЛ (Единый государственный реестр юридических лиц) — это официальная, централизованная и публичная информационная база, содержащая More — это не просто формальность, а потенциальное основание для привлечения руководителей к ответственности.

История одного долга

Всё началось с того, что индивидуальный предприниматель приобрёл право требования по уже «просуженному» долгу. К моменту сделки компания-должник была исключена из Единого государственного реестра юридических лиц — формально из-за недостоверных сведений в регистрационных данных.

Новый кредитор, столкнувшись с невозможностью взыскания с несуществующего юридического лица, обратился с иском к тем, кто, по его мнению, должен был отвечать по обязательствам: к бывшим руководителям и участникам ликвидированной компании. В заявлении он просил привлечь контролирующих должника лиц (КДЛ) к субсидиарной ответственности вне рамок банкротства и взыскать с них солидарно всю сумму задолженности, включая проценты и индексацию.

Позиция нижестоящих судов: «Долг был безнадежным»

Арбитражные суды трёх инстанций в деле № А40-105555/2024 встали на сторону ответчиков и отказали истцу в удовлетворении требований. Мотивировка решений сводилась к двум ключевым аргументам.

Во-первых, суды указали, что сам факт исключения компании из ЕГРЮЛЕГРЮЛ (Единый государственный реестр юридических лиц) — это официальная, централизованная и публичная информационная база, содержащая More не является автоматическим доказательством вины руководителей в неуплате долга. Исключение из реестра — это административная процедура, которая не обязательно свидетельствует о недобросовестных действиях руководства.

Во-вторых, судьи обратили внимание на обстоятельства приобретения долга: истецИстец — это физическое или юридическое лицо, в защиту прав и законных интересов которого возбуждено гражданское, административное или More купил право требования за символическую сумму, прекрасно понимая, что взыскание с исключённого из реестра должника практически невозможно. По мнению судов, это свидетельствует о спекулятивном характере иска и отсутствии реального ущерба.

Верховный Суд: особые правила для субсидиарной ответственности

Экономическая коллегия Верховного Суда РФ не согласилась с такой трактовкой и отменила все ранее принятые судебные акты. В своём определении № 305-ЭС25-10940 ВС сформулировал чёткий алгоритм распределения бремени доказывания по делам о субсидиарной ответственности вне банкротства.

Согласно позиции высшей инстанции, для успешного взыскания с контролирующих лиц истцу достаточно доказать три факта:

• наличие подтверждённой задолженности у ликвидированного должника;
• факт исключения компании из ЕГРЮЛЕГРЮЛ (Единый государственный реестр юридических лиц) — это официальная, централизованная и публичная информационная база, содержащая More;
• статус ответчика как лица, контролирующего должника в период возникновения обязательств.

Как только эти обстоятельства установлены, бремя доказывания переходит к ответчику. Теперь уже контролирующие лица обязаны подтвердить свою добросовестностьДобросовестность — это юридический принцип, выражающий обязанность участников гражданских правоотношений действовать честно, справе More и разумность действий, а также дать внятные пояснения: почему обязательства компании не были исполнены, какие меры предпринимались для погашения долга, куда делись активы.

Если КДЛ уклоняется от предоставления документов, отказывается от дачи пояснений или его аргументы носят формальный характер, суд вправе сделать вывод: невозможность погашения задолженности стала прямым следствием действий (или бездействия) именно этого лица.

Почему это важно для практики

Решение Верховного Суда меняет баланс сил в спорах о взыскании долгов с ликвидированных компаний. Ранее суды часто требовали от кредиторов сложных доказательств причинно-следственной связи между действиями руководителей и невозможностью взыскания. Теперь достаточно установить формальные основания — а дальше слово за ответчиком.

Для кредиторов это открывает дополнительные возможности защиты прав: даже если компания исключена из реестра, а долг приобретён за бесценок, это не лишает права требовать расчёта с тех, кто реально управлял бизнесом.

Для руководителей и собственников — серьёзный сигнал: исключение компании из ЕГРЮЛЕГРЮЛ (Единый государственный реестр юридических лиц) — это официальная, централизованная и публичная информационная база, содержащая More не является «волшебной кнопкой», снимающей ответственность по старым обязательствам. Если контрагенты решат оспорить такую ликвидацию, придётся доказывать, что все решения принимались добросовестно и в интересах компании.

Что дальше?

Дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции с учётом правовых позиций Верховного Суда. Теперь судам предстоит оценить, смогли ли бывшие руководители должника подтвердить свою добросовестностьДобросовестность — это юридический принцип, выражающий обязанность участников гражданских правоотношений действовать честно, справе More и объяснить причины неисполнения обязательств.

Для рынка это решение станет важным прецедентом: оно уточняет правила игры в одной из самых сложных категорий споров — когда должника уже нет, а долг остался. И, как подчёркивает ВС РФ, отсутствие юридического лица не означает отсутствие ответственности тех, кто этим лицом управлял.